82.
А.П. Платонов
Платонов вообще способен делать чудеса. В двух-трех словахон может показать такую глубину и сложность,для каких другим нужны б были страницы.С. Воложин Я слушал его с открытым ртом… Он чувствовал себя одинаково легко в мире Луция Аннея Сенеки и Федора Достоевского, в мире Вольтера и Пушкина, в мире Ларошфуко и Стендаля, Вергилия и Лоренса Стерна, Грина и Хемингуэя. Его нельзя было обескуражить каким-то именем или теорией, новым учением или модным течением в живописи. Он знал все на свете! И все это, как у большинства настоящих людей, было золотыми плодами самообразования.Ю. Нагибин Надо любить ту вселенную, которая может быть, а не ту, которая есть.А. ПлатоновНа долю Андрея Платоновича Платонова (Климентова) выпала тяжёлая жизнь. Он был старшим из 10 детей в семье слесаря железнодорожных мастерских г. Воронежа. Рано, с 13 лет, Андрею пришлось начать трудовую деятельность: помощник машиниста, литейщик, электротехник — такие профессии он успел освоить до революции. Он хотел учиться — поступил в Воронежский политехнический институт, однако через год, в 1919 г., ушёл на Гражданскую войну, где был фронтовым корреспондентом.По окончании войны Андрей Платонов продолжил учёбу. В 20-е годы он работал инженером-мелиоратором, специалистом по электрификации сельского хозяйства и параллельно занимался литературным творчеством. Попробовав свои силы в поэзии, А. Платонов перешёл к прозе, именно здесь в полной мере проявился его литературный дар. После выхода в свет сборника «Епифанские шлюзы» (1927) Платонова заметила критика, его талант высоко оценил Максим Горький. Популярность Платонова растёт с появлением книг «Сокровенный человек» (1928) и «Происхождение мастера» (1929). К этому времени Андрей Платонович уже был счастливо женат, растил сына, был кандидатом в члены партии.Переломным моментом в судьбе писателя стало появление в печати рассказа «Усомнившийся Макар» (1929). «Талантливый писатель, но сволочь», — такую характеристику дал автору Сталин, когда в 1931 г. прочитал это произведение. В рассказе описываются скитания Макара Ганушкина, ищущего ответ на вопрос: «Что мне делать в жизни, чтоб я себе и другим был нужен?». С этой целью герой отправляется в Москву. Макар — талантливый изобретатель-самородок, но его изобретения не нужны чиновникам. Символичен сон, увиденный Макаром: на горе стоит «научный» человек, думающий «о целостном масштабе», устремивший свой взор в «дальнюю массовую жизнь», но когда Макар трогает этого человека за плечо, тот падает, оказавшись мёртвым. Так, через сон-аллегорию, автор выражает мысль о безжизненности идеологии, поставленной на службу нарождающегося советского бюрократизма: за трескучими партийными лозунгами скрывается безразличие к нуждам и интересам трудящихся. В этом рассказе ярко проявился «гоголевский» (по определению Горького) дар Платонова — писатель сатирически показывает современное ему общество, подчёркивая абсурдность происходящего: сообразительный, наделённый природной смекалкой и «умными» руками, Макар не находит применения своим талантам, вынужден подчиняться безмозглому начальству; здравые идеи герой находит в сумасшедшем доме, а его самого принимают в ряды чиновников. Конечно, такое произведение не могло понравиться в «стране победившего социализма».Недовольство чиновников государственных и чиновников от литературы усилилось после выхода «бедняцкой хроники» «Впрок» (1929), в которой коллективизация показана как трагедия крестьянства. Прочитав это произведение, Сталин написал на полях: «Подонок», а в подзаголовке исправил слово «бедняцкая» на «кулацкая». А. Фадееву было поручено составить критический разбор произведения. Фадеев старательно выполнил поручение Сталина. А. Платонова объявили кулацким агентом. На писателя обрушился шквал критики, после чего уже ни одно издательство не брало его рукописей. Лучшие его произведения («Чевенгур», «Котлован» и др.) так и не получили разрешения на публикацию — они дошли до читателей в 80-е годы, во времена перестройки.В повести «Котлован» (1930) Андрей Платонов отразил эпоху индустриализации и коллективизации, проводимых в стране Советской властью. Видя, как правительство истребляет свой народ, писатель в гротескной форме показал правду жизни.Осуществление заморёнными, измождёнными людьми «безумных» планов партии и правительства мы видим глазами главного героя произведения — Вощева. Андрею Платонову удалось создать образ человека, для которого знание истины приравнивается к счастью и радости. Работая на небольшом заводе, Вощев замечал, что ни в ком из окружавших его людей, как и в нём самом, нет радости. Все отбывают трудовую повинность с бессмысленными лицами, механически, без «тёплого чувства». Вощев отличается от других тем, что не может добывать себе пропитание, не зная смысла своей деятельности. За «рост задумчивости среди общего темпа труда» героя уволили с завода «в день тридцатилетия личной жизни». И вот теперь он вынужден скитаться в поисках смысла собственного существования от дома к дому, от стройки к стройке, от города к деревне. И на всём пути ему не попадается ни одного одухотворённого, осмысленного лица взрослого человека. Сама природа выглядит бессмысленно, уныло, бесцветно. Как будто на всей жизни лежит толстый слой пыли забвения. Автор подчёркивает забитость, неразвитость представителей народа, переименованного в «массу». Люди даже бранятся безэмоционально, бессмысленно, по привычке. Вощев — часть этой бессмысленной косноязычной толпы; он именует себя пустым местом: «Я… ничто». Однако в нём уже пробудился интеллект, формируется сознание, которое подсказывает ему догадку: «…кто-то один или несколько немногих извлекли из нас убеждённое чувство и взяли его себе».Писатель очень ярко показывает, как происходил процесс «извлечения» смысла. С горькой иронией и нескрываемой издёвкой он знакомит читателя с содержанием лозунгов и призывов, с которыми правительство обращается по радио: трудящихся время от времени то агитируют на обрезание хвостов и грив у лошадей, то — на заготовку ивовой коры, то их призывают «мобилизовать крапиву на фронт социалистического строительства». И всякий раз главному герою почему-то мучительно стыдно слушать эти безумные призывы. Это свидетельствует о зарождении его критического мышления, однако Вощеву ещё далеко до философствующего мыслителя. Этот герой действует по наитию, а не осмысленно. Например, везде, где бы он ни был, Вощев подбирает всякий ненужный хлам: тряпочки, камни, листочки. Для чего? — Для будущего отмщения, объясняет автор. В отличие от государства, для которого не существует понятие «человек», а есть только «тёмная масса», Вощев ценит и бережно собирает память обо всём, что жило на земле. Раз это было, о нём надо помнить; от памяти будет смысл, а от смысла произойдёт счастье для всех, — так развивается неповоротливая мысль будущего философа.Средоточие всех надежд Вощева и других «строителей будущего» — маленькая девочка-сиротка Настя. Наблюдая, как в крохотном тельце ребёнка «зреет будущее», главный герой повести был готов даже помучиться — пожить без смысла. Настя, её счастье были оправданием для тех, кто отложил жизнь на потом, кто жил одним лишь «энтузиазмом труда». Девочка-сиротка — это символ счастливого завтра, ради которого строители котлована живут как бы в забытьи. Однако там, где нет правды, понимания истины, нет и завтрашнего дня. Настя умирает, и её хоронят «в пропасти котлована», который роют под общепролетарский дом. Котлован — символ будущего, фундамент которого пытаются заложить в настоящем, — превращается в могилу. Этот образ перерастает в символ эпохи.На страницах «Котлована» предстают дикие по своей абсурдности и бесчеловечности картины коллективизации. Читатель становится свидетелем бессмысленного «движения вперёд» по бесплодной земле колонны бедняков, «вынюхивания» медведем-молотобойцем (помощником кузнеца) затаившихся «врагов», раскулачивания и уничтожения крестьянства. Саркастически звучит авторская характеристика одного из сельских бедняков: «Он был постоянно удивлён, что еще жив на свете…». Гоголевским «смехом сквозь слёзы» отзывается смысл приветствия главного героя вступившим в колхоз беднякам: «Здравствуйте! — сказал он колхозу, обрадовавшись. — Вы стали теперь, как я, я тоже ничто».Изображённый Платоновым мир абсурден:«— Я мог выдумать что-нибудь вроде счастья, а от душевного смысла улучшилась бы производительность.— Счастье произойдет от материализма, товарищ Вощев, а не от смысла. Мы тебя отстоять не можем, ты человек несознательный, а мы не желаем очутиться в хвосте масс».Язык платоновского текста афористичен:«— Вы боитесь быть в хвосте: он — конечность, и сели на шею!» — так характеризует главный герой деятельность профсоюзов.«…вы сделаете изо всей республики колхоз, а вся республика-то будет единоличным хозяйством!» — здесь угадывается намёк на единовластие Сталина.Конечно, такое произведение не могло быть издано в годы Советской власти, оно ходило в списках.В 1936—1937 гг. Платонову было позволено опубликовать несколько произведений, посвящённых «вечным» темам: «Фро», «Бессмертие», «Глиняный дом в уездном саду», «Третий сын», «Семён», сборник «Река Потудань».В 1938 г. был арестован пятнадцатилетний сын Платонова, который через три года вернулся из заключения благодаря хлопотам друзей писателя, уже будучи больным туберкулёзом, чтобы умереть у отца на руках.В годы Великой Отечественной войны А .Платонов был фронтовым корреспондентом. Там, на фронте, у писателя проявился туберкулёз, которым Андрей Платонович заразился, ухаживая некоторое время назад за умирающим сыном.В течение 1943—1945 гг. были напечатаны сборники прозы А. Платонова: «Рассказы о Родине», «Броня» (1943), «В сторону заката солнца» (1945).В конце 1946 г. вышел в свет рассказ «Возвращение», в котором писатель показал разрушительное воздействие войны на семейные узы, родственные связи между людьми. Это произведение было воспринято как клевета на доблестных защитников родины и советские семьи. Больше ни одно произведение А. Платонова не печаталось.Тяжело больной писатель влачил нищенское существование, перебиваясь случайными заработками — литературной обработкой русских и башкирских народных сказок.А.П. Платонов умер 5 января 1951 г. в Москве. Видеолекция «А.П. Платонов»: